RUS
ENG

ДЮМА Александр (отец)

15 июля 2017
Всем художникам, любителям комиксов и иллюстраторам! Приглашаем принять участие во II Международном шекспировском конкурсе графики (2nd International Graphic Shakespeare Competition).
РГНФ
Московский гуманитарный университет
Система исправления ошибок
БД «Русский Шекспир»
Александр Дюма
Александр Дюма
Портрет А. Дюма работыЭтьена Каржа
(Étienne Carjat)

ДЮМА Александр (Дюма-отец; полное имя — маркиз Александр Дюма Дави де Ла Пайетри) (Alexandre Dumas Davy de La Pailleterie) (24.07.1802, Виллер-Котре — 5.12.1870, Пюи) — французский драматург, романист, поэт, писатель, сказочник, биограф, журналист. Родился недалеко от Парижа, в семье республиканского генерала А. Дюма. В 20 лет приехал в Париж, работал клерком у герцога Орлеанского. Литературную деятельность начал в 1825 г. В 1827 г. написал пьесу «Христиана», которую вскоре запретили к постановке.

Первый большой успех романтической драмы на сцене по праву связывается с премьерой в Комеди Франсез 11 февраля 1829 г. драмы А. Дюма «Генрих III и его двор» (1828). Изучение этого произведения проливает свет на соотношение «шекспиризации» и «мелодраматизации» в генезисе французской романтической драмы.

В предисловии к драме писатель подчеркивал, что в ее создании он опирался на опыт Гюго, Мериме, Вите, Леве-Веймара, Каве, Диттмера, то есть писателей, пытавшихся осуществить реформу французской драмы через «шекспиризацию». Первоначально Дюма шел по этому же пути. В статье «Как я стал драматическим автором» он рассказывает о первом знакомстве с подлинным текстом Шекспира. В начале 1820-х годов он увидел «Гамлета» в исполнении английских актеров (прежде он знал лишь переделку Дюси). Свои впечатления Дюма описывает так: «Вообразите себе слепорожденного, которому дарят зрение, и он открывает весь мир, о котором он не имел никакого представления; вообразите себе Адама, просыпающегося после того, как он был сотворен, и находящего под ногами усыпанную цветами землю, над головой сияющее небо, вокруг себя деревья с золотыми плодами, вдали реку, прекрасную и широкую серебряную реку и рядом с собой юную, целомудренную и обнаженную женщину, и вы получите представление о том восхитительном Эдеме, в который мне открыло врата это театральное представление. (...) Я прочел, просто проглотил пьесы зарубежного репертуара и понял, что все в театральном мире исходит от Шекспира, как в реальном мире все исходит от солнца; что никто не может с ним сравниться, ибо он столь драматичен, как Корнель, так же комичен, как Мольер, столь же оригинален, как Кальдерон, такой же мыслитель, как Гёте, столь же страстная натура, как Шиллер. Я понял, что одни только его творения заключают в себе столько типов, сколько творения всех остальных вместе взятых. Я понял, наконец, что это был человек, который сотворил больше всех, исключая Бога.

С этого момента мое призвание было определено; я почувствовал, что та стезя, к которой призван каждый человек, найдена мною; у меня появилась уверенность в себе, которой до сих пор мне так не хватало, и я смело бросился навстречу будущему, которого прежде всегда страшился.

Однако я не заблуждался относительно трудностей той карьеры, которую избрал. Я знал, что более, чем всякая другая, она требует углубленных и специальных занятий и что для того, чтобы успешно экспериментировать с живой природой, нужно долго изучать природу мертвую. И вот я взял одного за другим тех гениев, чьи имена Шекспир, Корнель, Мольер, Кальдерон, Гёте и Шиллер. Я разложил их произведения, как трупы на камнях амфитеатра, и со скальпелем в руках целые ночи пытался найти источники жизни и секрет циркулирования крови, проникая до самого сердца. Я угадал, каким восхитительным механизмом они приводят в движение нервы и мускулы, и понял, каким способом они моделируют ту многообразную живую плоть, которая должна покрыть всегда одинаковые скелеты» (Dumas A. Oeuvres. Bruxelles, 1838. T. 2. P. 13).

Из приведенного отрывка видно, что Дюма, отбросив ро­мантические требования полной свободы и оригинальности, вниматель­но изучает произведения Шекспира и других классиков, в имитации ищет путь к успеху.

Но не претендующему на новаторство Дюма принадлежит важная роль в истории романтической драматургии: он, в сущности, первым практически доказал, что не «шекспиризация» должна быть магист­ральным путем развития драмы в XIX веке. Сохранив некоторые черты «шекспиризации», Дюма обратил свои взоры к мелодраме, отличавшейся доступностью, эмоциональностью и демократизмом.

Вслед за «Генрихом III» на парижской сцене были поставлены «Антони» (1831), «Ричард Дарлингтон» (1831), «Нельская башня» (1832), «Кин» (1836). Последняя из названных — драма «Кин, или Гений и беспутство» (в подлиннике «Kean, ou Désordre et génie», т. е. «Кин, или Беспутство и гений») написана через три года после смерти прообраза главного героя — великого английского актера Эдмунда Кина (1787–1833), прославившегося исполнением ролей в шекспировском репертуаре (в 1814 г. он дебютировал на сцене в роли Шейлока, в 1814–1816 гг. в Лондоне сыграл роли Ричарда III, Гамлета, Отелло, Яго, Макбета, Ричарда II). Кин прожил бурную жизнь, воплотив в себе романтическое представление об актере как человеке крайностей (не случайно он хотел уберечь своего сына Чарлза Джона Кина от актерской профессии и среды, что ему не удалось, и сын, начав с мелодрам, тоже обратился к Шекспиру, поставив 20 шекспировских спектаклей в середине XIX в.). Э. Кину особенно удавались образы шекспировских гениев зла — Ричарда III, Яго, Макбета. В Гамлете и Отелло он, напротив, подчеркивал благородство человека. Романтическая трактовка Шекспира, представленная в творчестве Э. Кина, оказалась очень близка Дюма, в результате появилась одна из его лучших пьес, построенная на реминисценциях из Шекспира, сближающая жизнь его титанические образы и судьбу актера-исполнителя, подтверждающую их жизненность.

Опыт романтического прочтения Шекспира сказался и в романном творчестве Дюма, в его тяге к жанру исторического романа, в котором история преобразуется в драму. Первый исторический роман Дюма — «Изабелла Баварская» (1831).

Начав творческий путь как многообещающий представитель романтизма, Дюма отошел от новаторства романтиков и бросил все свои силы на создание «фабрики романов» со всей технологией массовой беллетристики. Огромное количество романов (прижизненное собрание сочинений Дюма занимает 301 томов, сам же он в письме к Наполеону III насчитал примерно 1200 томов) создано им в соавторстве с целым штатом «литературных негров» (П. Мерис, П. Лакруа, Мальфиль и др.). На процессе 1847 г. было доказано, что за один год Дюма опубликовал под своим именем больше, чем самый проворный переписчик мог бы переписать за год, если бы работал без перерыва днем и ночью. «Фабрика» давала писателю невиданные доходы — до 200 тыс. франков золотом в год (хотя из-за расточительности и щедрости Дюма в конце жизни пришел почти к нищете и вынужден был воспользоваться поддержкой А. Дюма-сына).

Самым известным произведением Дюма является историко-авантюрный роман (в соавт. с Огюстом Маке) «Три мушкетёра» (1844) (за которым последовали «Двадцать лет спустя», 1845; «Виконт де Бражелон, или Десять лет спустя», 1848–50; трилогия объединена героями — д’Артаньян, Атос, Портос, Арамис). Форма романа-фельетона, которую избрал Дюма для его публикации, определила иную, не романтическую «картину мира», рисуемую автором. Если раньше его интересовала какая-либо историческая эпоха, то теперь во всех эпохах его привлекает сохраняющая свою идентичность яркая личность. Герои «Трех мушкетеров» в последующих романах трилогии попадают в совершенно иную историческую эпоху. Исторические обстоятельства изменяются, но герои остаются неизменными. Хотя герой Дюма — д'Артаньян от романа к роману трилогии поднимается по общественной лестнице и умирает в чине маршала, Дюма подчеркивает всю суетность стремления к титулам и славе. Он исповедует культ мгновения жизни. Герои, лишенные прошлого и будущего, живут только здесь и сейчас, мгновение, предельно насыщаясь, становится высшей ценностью. Культ мгновения выражается в особой художественной логике момента, при этом все причинно-следственные связи как бы затушевываются: мир наполняется тайнами, заговорами, неожиданными узнаваниями. Но это именно логика момента, а не торжество случайности. Эстетика мгновения утверждает особый способ бытия человека в мире — жизнь в постоянном напряжении сил, в ощущении полноты и ценности каждого момента своего существования. Этот жизненный оптимизм, праздничность чувств, избыток сил и энергии героев Дюма неизбежно заражают читателей его романов о мушкетерах. Среди других известных романов на сюжеты из истории и современности — «Королева Марго» (1845), «Сорок пять» (1847–48), «Асканио» (1845), «Ожерелье королевы» (1849), «Черный тюльпан» (1850) и др. Особо значим роман «Граф Монте-Кристо» (1845–1846, в соавторстве с О. Маке). Соединив романтический миф о благородном разбойнике, сказочные мотивы с непобедимостью героев рыцарских романов, Дюма одним из первых создает сюжет о супермене, который впоследствии станет основой множества произведений массовой беллетристики. В отличие от реального случая, послужившего источником замысла, Дюма наградил героя несметными богатствами, позволившими ему играть роль всесильного рока. В романе герои разделились на сильных и слабых. Слабые — это преступники, причем выведен закон: совершив одно преступление, человек неизбежно совершит и другие. Но зато сильный человек может противостоять любым обстоятельствам, он сильнее рока и истории, он сам — рок, сам делает историю. Шекспировские законы преобразования реальности, истории в художественное произведение, столь притягательные для Дюма в начале его литературной деятельности, в его знаменитых романах не исчезли, но были предельно упрощены, сориентированы на запросы читателей буржуазного общества XIX в.

В 1858 г. Дюма путешествовал по России, свои впечатления описал в путевых очерках «Из Парижа в Астрахань» (5 т., 1858). Писал мемуары («Мои воспоминания», 22 т., 1852–54), работал в др. жанрах.

В переходе от предромантического и романтического культа Шекспира во Франции (во многом связанному с переделкам и шекспировских произведений, осуществленных в XVIII веке Ж. Дюси) к более адекватному пониманию английского драматурга большую роль сыграла новая французская версия «Гамлета» А. Дюма и П. Мериса 1847 г., по которой в том же году трагедия была поставлена в главном театре страны — Комеди Франсез.


Соч.: Oeuvres complètes: T. 1–301. P., [1846–68]; в рус. пер. — Собр. соч.: В 50 т. М., 1997–2000.

Лит.: Дурылин С. Александр Дюма-отец в России // Лит. наследство. Т. 31–32. М., 1937; Моруа А. Три Дюма. М., 1986; Луков Вл. А. Французская драматургия (предромантизм, романтическое движение). М., 1984; Мишина М., Луков Вл. Дюма // Зарубежные писатели. Ч. 1. М., 2003; Луков Вл. А. Предромантизм. М., 2006 [Дюма и шекспиризация — см. им. указатель]; Charpentier J. A. Dumas. P., 1947.

Вл. А. Луков

Фото: Википедия


См. также:


Назад